Возрождение шотландского парламента в 1999 году стало одним из ключевых конституционных событий в современной истории Великобритании. Почти три столетия важнейшие законы для Шотландии принимались исключительно в Вестминстере. Однако на исходе XX века Эдинбург наконец вернул себе собственный демократически избранный законодательный орган. Это преобразило политическую карту Соединенного Королевства, разделило полномочия между Лондоном и Шотландией и породило новый центр политического влияния — Холируд. Подробнее об этом — на edinburghyes.

С тех пор названия Холируд и Вестминстер стали символами двух уровней британской власти. Первый олицетворяет шотландское самоуправление, право решать насущные внутренние вопросы и защищать интересы жителей Шотландии. Второй остается средоточием общебританской политики: в его ведении находятся конституционный строй, оборона, дипломатия и другие стратегические сферы, которые не были переданы на региональный уровень.

Почти 300 лет управления из Вестминстера

Чтобы осознать всю значимость событий 1999 года, стоит заглянуть в далекий 1707 год. До объединения у Шотландии и Англии были раздельные парламенты. Шотландский парламент, известный также как Парламент сословий, вел свою историю еще с XIII века и служил высшим законодательным органом независимого королевства.

Все изменилось после подписания договора об унии и принятия Актов об унии 1707 года. Королевства Англия и Шотландия слились в единое Королевство Великобритания. В результате отдельный шотландский парламент прекратил существование, а законодательная власть перешла к объединенному парламенту, расположившемуся в лондонском Вестминстере.

В последующие почти три века Шотландия оставалась частью унитарного британского государства без собственного национального парламента. При этом она сохранила ряд важных особенностей в правовой, образовательной и административной сферах. Шотландская правовая система развивалась обособленно от английской. Тем не менее общегосударственное законодательство и ключевые политические решения на протяжении столетий целиком зависели от институтов в Вестминстере.

Идеи политической автономии звучали еще до Первой мировой войны, однако полноценную конституционную реформу надолго отложили в долгий ящик. Новая волна дискуссий поднялась в конце 1960-х годов. Подъем шотландского национального движения, растущая популярность Шотландской национальной партии и открытие нефтяных месторождений в Северном море подстегнули требования об усилении контроля над ресурсами региона. Лозунг «It’s Scotland’s oil» («Это нефть Шотландии») стал визитной карточкой той кампании. Сторонники автономии настаивали: Шотландия вправе сама распоряжаться собственными недрами и доходами от них.

Референдум 1997 года

После провала конституционной реформы 1979 года вопрос о шотландском парламенте оставался в эпицентре политической жизни. На том референдуме большинство участников высказалось за создание Шотландской ассамблеи, однако помешало строгое правило: за инициативу должно было проголосовать не менее 40% от общего числа зарегистрированных избирателей. Порог преодолеть не удалось, и закон о деволюции так и не вступил в силу.

На протяжении 1980-х и первой половины 1990-х годов тяга к самоуправлению лишь крепла. Огромную роль в подготовке реформы сыграла Шотландская конституционная конвенция. В нее вошли представители политических партий, церквей, профсоюзов и общественных организаций. Конвенция детально проработала будущую модель парламента, его полномочия и принципы деятельности. Опубликованный в 1995 году документ заложил прочный фундамент грядущих перемен.

Поворотный момент наступил после парламентских выборов 1997 года. Убедительную победу одержали лейбористы во главе с Тони Блэром, которые открыто выступали за децентрализацию власти и передачу части полномочий регионам. 

Новое правительство оперативно организовало референдум о будущем шотландского парламента. Голосование состоялось 11 сентября 1997 года. Гражданам предложили ответить на два ключевых вопроса: поддерживают ли они создание парламента Шотландии и должен ли он получить право менять ставки налогов. Итоги оказались впечатляющими: 74,3% высказались за создание парламента, а 63,5% поддержали налоговые полномочия при явке 60,1%. Это стало историческим рубежом для всей Великобритании: впервые почти за три века Шотландия на официальном законодательном уровне вернула себе право самостоятельно решать внутренние задачи.

Первое заседание возрожденного парламента

Первые выборы в шотландский парламент прошли 6 мая 1999 года. С этого момента началось рождение нового политического института, призванного представлять интересы жителей Шотландии и формировать местное законодательство.

Дебютная сессия состоялась 12 мая 1999 года в Эдинбурге. Временным пристанищем для депутатов стал зал Генеральной ассамблеи Церкви Шотландии на холме Маунд, неподалеку от знаменитой Королевской мили. Выбор места был глубоко символичным: постоянного здания у законодателей еще не было, однако парламент уже включился в полноценную работу. 

Торжественное открытие парламента прошло 1 июля 1999 года при личном участии королевы Елизаветы II. Именно в этот день обновленный орган обрел всю полноту предусмотренных законом полномочий и официально приступил к законотворчеству.

Холируд и Вестминстер: в чем разница между двумя центрами власти?

После возвращения парламента политическая модель Великобритании превратилась в разветвленную многоуровневую систему. Вестминстер сохранил за собой статус высшего общенационального законодательного органа, однако солидный массив внутренних полномочий перешел к шотландским институтам. Название «Холируд» постепенно стало привычным обозначением шотландского парламента — по имени эдинбургского района, где расположено его современное здание.

Холируд и Вестминстер — это не два дублирующих друг друга парламента с равными правами. Их сферы ответственности четко разграничены законами. Шотландский парламент принимает решения по деволюционным направлениям, тогда как вопросы общенационального масштаба и внешнеполитическая повестка остаются исключительной прерогативой британского парламента в Лондоне.

В сферу ведения Холируда входят образование, здравоохранение, социальная помощь, жилищная политика, местное самоуправление, большинство вопросов юстиции, полиция, культура, туризм, экология и часть транспортной инфраструктуры. Кроме того, Эдинбург получил право регулировать отдельные налоги, стимулировать экономическое развитие, курировать сельское хозяйство, рыболовство и ряд программ соцобеспечения.

Вестминстер же удерживает строгий контроль над обороной, внешней политикой, иммиграцией, гражданством, национальной безопасностью, денежно-кредитной сферой, единой валютой и рядом других фундаментальных направлений.

В сентябре 2024 года Шотландия отметила 25-летие со дня возрождения парламента. В праздничных мероприятиях приняли участие король Карл III и королева Камилла. За прошедшую четверть века Холируд превратился в постоянный центр нормотворчества, острых политических дебатов и действенного парламентского контроля. Он не просто обзавелся собственной резиденцией, но и заметно расширил полномочия, став влиятельнейшим игроком на британской арене. Впрочем, споры о масштабах деволюции, финансовой автономии и независимости Шотландии не утихают до сих пор. Это доказывает: события 1999 года не завершили конституционную реформу, а лишь открыли совершенно новую главу в отношениях между Эдинбургом и Лондоном.

#автономия Шотландии #британская политическая система #Вестминстер #деволюция власти #открытие парламента Шотландии #парламентская демократия #политическая история Шотландии #референдум 1997 года #Тони Блэр #Холируд #Шотландия и Великобритания #Эдинбург